# Система

Томина Катерина

Система никогда не ошибается.

Спасибо, что скачали книгу на caйте https://nouname.ru/

They'll laugh as they watch us fall

The lucky don't care at all

No chance for fate, it's unnatural selection

Muse, «Unnatural Selection»

— Джа-Джа, стой где стоишь! Минус десять баллов за опоздание!

Конечно, снова «Джа-Джа». Таким прозвищем его наградили в первый же день работы на этом месте. Счастьем он был обязан тому умнику, что вспомнил некое одноимённое инопланетное существо из древнего богомерзкого научно-фантастического фильма. Отчего-то он решил, что это забавно. Забавно. Что как нельзя лучше подходило под его характеристику. «Ты забавный», — говорили ему люди, а он понятия не имел, комплимент это или издёвка. Возможно, люди находили забавной его неуклюжесть? Как в дурацких комедиях — чем чаще персонаж падает, тем смешнее. А уж если герой получает кирпичом по голове, так это вообще верх комедийного искусства. Он считал это вопиющей глупостью.

Джаред Уилкс остановился на пороге офиса, смерив своего коллегу угрюмым взглядом. Двухметровый детина чуть ли не подпрыгивал на месте, как обычно не зная, в какое безобидное русло направить свою неуёмную энергию.

— Хорошо, что ты не мой босс, — заметил Уилкс.

— Мог бы быть, — подмигнул тот в ответ.

В самом деле, мог бы. Таков был Хэнк — у него получалось всё, за что бы он ни брался. Джаред порой удивлялся, зачем тот до сих пор обитает в их невзрачном офисе, утыканном тоскливыми разделительными перегородками, когда он мог бы… Да всё что угодно! Тестовые показатели Системы выдавали результаты, с которыми он мог стать хоть лётчиком-испытателем, хоть Президентом. Если бы людей, в самом деле, судили по их друзьям, Джаред был бы великим. Нет же, на него навесили штамп «забавный», и он никак не хотел отлипать.

— Раз уж ты пришёл, — Хэнк подошёл к нему, перекидывая руку через плечо, — пойдём-ка выпьем кофе.

— Я же только… — он обречённо вздохнул, зная заранее, что в конечном итоге придётся согласиться. Иначе, приятель может прибегнуть к крайним мерам и начнёт строить «щенячьи глазки», что на лице сорокалетнего мужчины выглядит довольно нелепо. «Согласиться сейчас, жалеть потом», — еле слышно промямлил он, уже следуя за коллегой.

Кофе означал одно — Хэнку снова пришла в голову «гениальная идея». Подобные идеи навещали голову Хэнка в среднем три-четыре раза в неделю. Идеи, которые претворялись в жизнь в соотношении 1/100 и проходили испытание на прочность самим Джаредом. На самом деле, он не считал себя изобретательнее или умнее своего коллеги. По правде говоря, он даже не понимал, почему именно он был избран в качестве жертвы. Возможно, он просто был единственным, кто не мог сказать «нет»?

Ему даже не пришлось прибегать к расспросам для того, чтобы приятель начал своё повествование.

— Это связано с Системой, — гордо заявил он.

Эка невидаль. Это был далеко не первый раз, когда великая Система толкала Хэнка на воображаемые подвиги. Джаред изобразил заинтересованный вид. При всей его вежливости, заинтересованного вида, как правило, хватало ненадолго.

— Значит, так, — коллега выпрямился на стуле, принимая деловой вид. — Всем известно, что Система вычисляет события глобального масштаба: кризисы, военные конфликты, эпидемии — обычная математика, всё как дважды два. Сказали, что завтра всеобщий кирдык и всё — надейся и жди. Верно?

Уилкс повёл плечом. Он не очень-то увлекался системными сводками. Прошлое, будущее… Ему больше нравилось жить настоящим, а не дрожать со всеми заодно, ожидая, когда наступит «всеобщий кирдык» или что-нибудь малоприятное в этом роде. Тем более, Система всего лишь предоставляла сведения, а как ими распоряжаться — приходилось решать самим. Иными словами, вся полезность данного механизма стояла для него под большим вопросом.

— Ну, — согласился он, всё ещё глядя в лицо коллеги, пока хватало терпения.

— А что, если настроить Систему так, чтобы она выдавала индивидуальные прогнозы, а? — Хэнк щёлкнул пальцами, явно очень довольный собой.

— Как гороскоп, что ли?

Хэнк хлопнул ладонью по столу.

— Ну ты сравнил! Гороскоп — это бабкины сказки! Его придумают точно так же, как и статусы на побрякушки, вон там, за стеной.

Джаред флегматично проследил за движением его руки, и взгляд тут же зацепился за симпатичную брюнетку в двух столиках от них. К слову о статусах… Кодировка её браслета горела приветливым «желаю влюбиться». Джаред заулыбался, но она, перехватив его взгляд, фыркнула и тут же сменила послание на «сегодня не твой день».

Маленькая неудача не прошла незамеченной. Хэнк прыснул со смеху и дружески хлопнул его по плечу.

— Джа, ты в самом деле…

Слава богу, подходящего слова не нашлось. Он и сам знал: «недотёпа», «неудачник», «ходячее недоразумение»… Что поделать? Если кому-то было суждено работать на Рождество — это был он. Если весь офис отправлялся на выходные в Вегас, а кто-то обязательно должен был заболеть — это опять был он! Если кто-то терял своё удостоверение личности в самый разгар бюрократической эпохи… Угадайте, кто?

По крайней мере, «Джа» звучало не так обидно.

— То есть, я хочу сказать, ты программишь статусы для браслетов, а тебя потом этими же статусами отшивают! — не унимался друг.

— Давай лучше про твою идею… — предложил он мрачным тоном, впиваясь взглядом в свой кофе. Переживать свои поражения и так нелегко, а уж слышать о них со стороны…

— Да ладно, не бери в голову, — подбодрил верзила добродушным тоном, который он, казалось, приберегал специально для Джареда. — Ты же знаешь, я тебя в обиду не дам. Найдём мы тебе барышню, горюшко ты луковое, можешь на меня положиться.

Джаред безразлично пожал плечами. Найти ему барышню было ещё одной «гениальной идеей» Хэнка, которая покоилась в мусорной корзине с остальными 98-ю в том самом золотом «1\99». С той лишь разницей, что эта идея была навязчивой.

— Понял, понял, один я не останусь, — заключил он. — Давай, продолжай уже. Кофе к концу подходит.

— Так значит, индивидуальный прогноз, — воодушевлённо подхватил Хэнк. — Назовём это «Системный Гороскоп».

***

Альберт Ллойд склонился над столом, сосредоточенно разглядывая последние представленные кодировки.

— Женевьев, поди сюда, — он выпрямился и снял очки, обращаясь к своей ассистентке. — Нужно твоё мнение.

Женевьев Анри удивлённо подняла бровь. Альберт Ллойд был Главным Специалистом по Изучению и Расшифровке Данных Системы. Иными словами, судя по количеству слов в его должности, он был человеком большой важности и великого ума, явно не нуждающимся в чьём-то мнении. Тем более, в мнении скромной ассистентки, которая была вдвое младше него. Однако заставлять себя ждать, а тем более отказывать, было бы невежливо. Она подошла ближе к экрану, пестрящему свежеобработанными данными.

— Что-то не так? — поинтересовалась девушка, вглядываясь в строчки с информацией, за разглашение которой её легко могли бы… В лучшем случае, уволить без дальнейших шансов устроиться на какую-либо работу. По крайней мере, легально. Хотя, ходили слухи, что в последнее время даже «нелегалы» проходили суровый отбор в своих кругах.

— Даже не знаю, — специалист задумчиво протёр очки кончиком галстука и снова нацепил их на нос. — Вот здесь, видишь? — он указал на конкретную строчку.

— «42 сентября — конец Системы», — прочитала она вслух и усмехнулась. — Забавно.

Он посмотрел на неё с живым интересом, вероятно, не представляя, в чём состоит шутка.

— Такой даты не существует, — пояснила она. — Выходит, что Система будет существовать вечно. Похоже на шутку.

— Похоже на правду. Думаешь, Система развила в себе чувство юмора?

— Возможно, это просто ошибка, — предположила она, на что Ллойд сдержанно покачал головой.

— Система никогда не ошибается.

Она позволила себе улыбнуться.

— Да ладно, всегда бывает первый раз. Систему создавали люди. Человек ошибается, почему не может ошибиться его создание?

— Потому что, в отличие от человека, Система идеальна, — безапелляционно заявил главный специалист.

Девушка пожала плечами.

— Не боги горшки обжигают…

Он осторожно покосился в угол кабинета и деликатно, почти нежно, взял девушку под руку.

— Послушай, Женевьев, не стоит говорить таких вещей вслух, когда работаешь в подобной организации, — он по-отечески погладил её по плечу. — Да и вообще не стоит.

Ллойд, наконец, отпустил её и снова обратил внимание к экрану, возвращаясь к обычному тону. — Поможешь мне перевести данные в красивый литературный язык?

— Конечно, мистер Ллойд, для того я и здесь, — с готовностью выдохнула она.

— Вот и умница.

***

Джаред Уилкс продолжал смотреть в окно, пытаясь подсчитать количество пешеходов с красными зонтиками. Наверное, в этом году красные зонтики были в моде. Хотя он имел смутное представление о моде. Зато, когда он отводил взгляд, красные пятна продолжали плясать перед глазами. Красные видимые только ему пятна. После девяти часов ожидания в очереди это казалось забавным. Девять часов — полноценный рабочий день. Вот только день сегодня был нерабочий. Иными словами, вот так сегодня Джаред Уилкс проводил свой единственный выходной день в неделе. Справедливое наказание за утерю удостоверения личности.

Помнится, пару лет назад его занесло в парк развлечений. Точнее, не занесло. Это Хэнк его вытащил прогуляться, недовольный тем, что он всё время сидит дома. В этом парке развлечений были автоматы с билетами на аттракционы, имеющие наипростейший принцип действия: подходишь к автомату, нажимаешь пару кнопок, и он выдаёт тебе талончик, где указано твоё время посадки на аттракцион. Твоё и только твоё время. Подходи и катайся — никаких очередей.

Он в очередной раз посмотрел на табло, которое до сих пор указывало, что до его очереди осталось два человека. Два — не так уж много. Возможно, ужинать он будет уже дома.

Когда его позвали, он с готовностью вскочил с насиженного места и проскользнул за заветную дверь, лишь едва зацепившись рюкзаком за косяк. Джаред прошёл вглубь светлого кабинета, за столом которого сидела молодая девушка с весьма неприветливым видом. Отчего молодые симпатичные девушки имеют привычку беспрестанно хмуриться, он понятия не имел.

Уилкс присел на край стула, всем своим видом выражая вежливость и покорность.

— Добрый вечер.

Девушка удостоила его таким взглядом, словно он вздумал над ней издеваться, но ответила.

— Добрый день.

Он невинно улыбнулся, оставляя при себе комментарий о том, что 18 часов с трудом можно называть днём. Особенно когда позади девять часов ожидания.

— Имя? — поинтересовалась она нудным голосом.

— Джаред Уилкс.

Её взгляд снова безмолвно утверждал, что он полный идиот.

— Полное имя.

Уши загорелись от необоснованного стыда.

— Даллас. Джаред Даллас Уилкс, — быстро добавил он.

Девушка уткнулась в экран, плавно водя стилусом по строчкам.

— Угу, Уилкс, Джаред Даллас, — подтвердила она. — 36 год рождения, Аризона?

Он поспешно закивал, гадая, какие ещё джареды далласы уилксы водятся в её компьютере.

— Он самый.

— Так, значит, накладка вышла, — сообщила она.

Сердце упало. Он не был уверен, что готов провести в этом месте ещё один выходной. Она же неумолимо продолжала.

— Тут указано «42 сентября» в дате рождения.

Он мотнул головой.

— 12 сентября.

Она развернула экран к нему.

— Вот, смотрите, чёрным по белому — «42 сентября».

Джаред пожал плечами, глядя на дату.

— Опечатка.

Она строго посмотрела в его сторону, возвращая экран себе.

— Мой день рождения 12 сентября, — повторил он.

— Вы уверены?

Он подавился нервным смешком.

— Конечно, я уверен. Это мой день рождения, я праздную его каждый год вот уже 30 лет! 31 в этом году будет, — робко добавил он. — Через пять дней.

Она наморщила лоб.

— А судя по данным, через… — она закатила глаза, но подсчитать, вероятно, так и не смогла, а потому замолчала, предоставляя удобную паузу для того, чтобы вмешаться.

— О чём вы говорите! Такой даты даже не существует. В сентябре, насколько мне известно, всего 30 дней.

— Хотите поспорить с Системой?

Джаред закатил глаза. Опять эта Система…

— Это обычная ошибка. Опечатка.

— Система не ошибается, — настойчиво возразила работница бюрократического штата. — Если верить показателям Системы и учитывать, что такой даты, как вы сами уверяете, не существует, следовательно, вы тоже не существуете.

Она победоносно уставилась на молодого человека, явно гордясь тем, что самостоятельно пришла к гениальному умозаключению.

— Но как же… Я ведь сижу перед вами.

— Чем докажете?

Обычно у Джареда не было привычки не верить своим ушам. Но сейчас другого объяснения он не находил. Он, вероятно, ослышался.

— Прошу прощения?

— Чем докажете, что вы сидите передо мной?

Нет, ошибки не было.

— Ну… вы же меня видите, слышите, говорите со мной…

— А может быть, вы — галлюцинация?

Джаред закусил губу — ощутимо, почти до крови. Злой, усталый, голодный — галлюцинацией он себя ни в коей мере не чувствовал.

— Послушайте, — решил он подойти с другой стороны. — Я же как-то прожил до этого времени, у меня было удостоверение личности, и там было чёрным по белому написано, что я родился 12 сентября.

— Ну и где оно, это ваше удостоверение? — фыркнула мадемуазель, с каждой минутой становясь всё менее и менее приятной.

— Я его потерял, — он развёл руками. — Поэтому я здесь сейчас перед вами пытаюсь получить новое.

— Откуда я знаю, что оно у вас было?

Он беспомощно пожал плечами.

— Но оно… было. Иначе как бы я жил всё это время? Вы же знаете, что без удостоверения в наше время никуда!

— Но доказательств у вас нет, — снова завела она свою песню.

Джаред вцепился в свой рюкзак, ища спасения в кожаных лямках.

— Нет. Так что мне теперь делать?

Девушка вздохнула со скучающим выражением на лице.

— Значит, ситуация ваша такова. В данных написано, что ваша дата рождения — 42 сентября. А такой даты нет, верно?

— Верно, — с готовностью кивнул он, что хоть в чём-то они пришли к согласию.

— Выходит, что раз даты нет, то вы так и не родились. А раз вы не родились, то удостоверение личности я вам выдать не могу.

К логической цепочке придраться было невозможно. Если не считать небольшую погрешность, которая заключалась в том, что фактически он существовал. А он был на 100 процентов уверен в своём существовании, хоть и не мог его доказать.

— А как же… и куда мне теперь идти? — спросил он упавшим голосом. — К кому обратиться?

Она пожала плечами.

— Это уже не ко мне.

— Но это ведь… — он сглотнул, всё больше и больше теряя надежду на победу. — Без удостоверения больше месяца не протянешь! Как же я буду получать зарплату, платить налоги? Меня же и не пустят никуда без документов? Я же ничего не сделал! Я добропорядочный гражданин, между прочим! Нельзя наказывать человека за то, что кто-то другой ошибся!

— Система никогда не ошибается, — снова повторила она металлическим голосом и многозначительно кивнула в сторону двери. — Будьте добры, не задерживайте очередь.

***

— Меня не существует.

Именно с этими словами Джаред Уилкс предстал на пороге своего приятеля Хэнка в 5 часов утра следующего дня.

— Джа, ты чего? — пробубнил растерянный Хэнк, сонно потирая глаза. — Кто-то умер?

Джаред отрицательно помотал головой под изучающим взглядом коллеги, который поспешил втянуть его внутрь квартиры.

— Рассказывай давай, что на тебя нашло.

Рассказывать было что. Всю ночь он рыскал по информационным ресурсам в поисках прецедента или способа решения проблемы, но ни того, ни другого не нашёл. Он обзвонил все известные бюрократические инстанции, но нигде ему так и не дали толкового ответа. Все только и делали, что повторяли: «Извините, ошибки быть не может», признавая своё бессилие.

То, что поначалу казалось абсурдом, угрожало закончиться трагедией. Через неделю истекал срок его временной бумажки со штрих-кодом, которую Хэнк и так еле выпросил для него у начальства. А без бумажки он никто — ни денег получить, ни из города уехать. На работу его тем более не пустят. За квартиру он заплатить не сможет, а значит, окажется на улице.

— Выселят, выпнут, втопчут в грязь — и кто их остановит? — поведал он тоном обречённого человека, приканчивая третью бутылку чего-то совершенно мерзкого.

— И никто ничего не может сделать? — сочувственно переспросил Хэнк, подпирая рукой небритую щёку.

— А что они сделают? Система не ошибается, — продекламировал он надменным голосом, салютуя бутылкой. — Никогда, мать её, не ошибается!

Бутылка выскользнула из руки и шлёпнулась на пол, оставляя за собой липкую лужицу.

— Я останусь без крыши и вымру от голода, — промямлил он. — Прости за ковёр.

— Да ладно, не переживай ты так. Без крыши ты не останешься, — Хэнк состроил обиженный вид. — Ты что, думаешь, я тебя в беде брошу?

— Нет… я не думаю. Я вообще не думаю, меня же нет! Я не существую, значит, я не мыслю!

— Да ладно, Джаред, не кипятись, что-нибудь придумаем, — впервые за всё время знакомства он назвал его по имени. Какой знаменательный день. Жаль, что радоваться было не к месту.

Они оба молчали, зевая по очереди и наблюдая, как первые солнечные лучи лениво крадутся по подоконнику, пока наконец не зазвонил будильник.

— Жили же раньше люди без этой ерундовины — горя не знали. Ведь не всегда она была, да? — выдавил из себя Джаред, осознавая, что скоро придётся встать с этого кресла и идти на работу, которая у него пока что есть. Через неделю он будет лишён и этой роскоши.

— Угу… — с задумчивым видом согласился радушный хозяин квартиры, не спеша подниматься. — Знаешь, у меня тут возникла гениальная идея, — изрёк он своим обычным тоном. — Я тебе как программер программеру скажу: многие со мной не согласятся, но, по-моему, пора кончать с этой хреновиной. Если машина не работает, ну её к чёрту, верно?

Джаред обессиленно икнул в знак согласия.

— Тоже мне, 42 сентября…

***

Когда две недели спустя история Джареда Далласа Уилкса стала достоянием общественности, а вслед за ней прокатилась первая волна общественных бунтов, Главный Специалист по Изучению и Расшифровке Данных Альберт Ллойд был горд тем, что никогда не сомневался в Системе.

А Система никогда не ошибалась.

26.01.2012 г